Коллизии аудита. Журнал «Методы менеджмента качества», 2010, № 6

Версия для печати

Во время сертификационного аудита нашей СМК было оформлено несоответствие по пп. 7.5.2, касающееся отсутствия доказательств предвари­тельной валидации одного из технологических процессов, который аудиторы отнесли к категории «специальных». Наше замечание о том, что это — не специальный процесс, поскольку произведенная в ходе его продукция подвергается испытаниям в лаборатории, где контролируется ее соответствие техническим требованиям, во внимание принято не было. Просим специалистов высказать свое мнение о том, должны ли аудиторы учитывать мнение организации относительно характера того или иного процесса, или они могут принимать решение о том, что процесс является специальным, само­стоятельно?

Как это ни покажется странным, но эмоционально напрашивающиеся с первого взгляда положительные ответы на два заданных вопроса не только не являются очевидными, но и, как будет показано ниже, будут неверными.

Чтобы обосновать данное заключение, вначале вернемся к тем событиям, которые послужили толчком для обращения в редакцию (а именно — к решению металлургической компании о проведении ква­лификационных аудитов своих поставщиков), чтобы обратить внимание на их ЗАКОННОСТЬ.

Это важно подчеркнуть с самого начала, поскольку на то, чтобы поступать так, у любой компании изначально есть полное ПРАВО. Действующее законо­дательство не содержит никаких запретов ни для юридических, ни для физических лиц самим устанавли­вать как правила/методику оценки своих поставщиков (в нашем случае — необходимость проведения квали­фикационных аудитов), так и механизмы реализации этих правил (в данном случае — уполномочивая для проведения таких аудитов третью сторону). Поэтому с правовой точки зрения САМИ описанные действия этой компании абсолютно законны.

С учетом этого рассмотрим первый вопрос: о лоб­бировании1 интересов «XYZ».

Если бы вопрос был сформулирован по-другому, а именно: на руку ли «XYZ» решение, принятое ме­таллургической компанией? В интересах ли оно «XYZ»? — то ответ на него был бы очевиден. Безусловно — «на руку», вне сомнения — «в интересах этой организации». Кто же будет считать лишними заказы, падающие в руки прямо-таки с неба? И комментарии здесь, как говорится, излишни.

Однако в вопросе говорится все-таки немного о другом — о лоббировании. Утверждать, что здесь имело место именно лоббирование интересов «XYZ», в полной мере оснований нет. Поскольку все зависит от истинных причин, по которым металлургическая компания отдала предпочтение именно «XYZ».

Причина № 1: личные интересы. В данном случае, вне зависимости от того, приносит или нет рассма­триваемое решение какую-то дополнительную цен­ность металлургической компании в вопросах оценки поставщиков, основная его цель — удовлетворение чьих-либо личных интересов. От специфической, за­маскированной формы финансовой поддержки род­ственников, друзей и т. п. «дружественных» лиц, работающих в «XYZ», до прямых «откатов», получаемых кем-то в металлургической компании от «XYZ» за «поставку» им новых клиентов.

При ТАКОЙ предыстории событий мы действитель­но можем совершенно обоснованно говорить о лобби­ровании интересов (и, возможно, не только «XYZ»).

Причина № 2: объективный выбор «XYZ» в качестве организации, которой можно доверить проведение ква­лификации поставщиков. В этом случае металлургиче­ская компания остановила свой выбор на «XYZ» в силу ее объективных характеристик, соответствующих уста­новленным критериям отбора. Более того, вполне могло быть так, что никакие другие организации этим критериям не соответствовали или не изъявили желание участвовать в данных аудитах. Тогда понятно, почему такая организация оказалась в единственном числе.

В этом случае ни о каком лоббировании речи нет.

Может случиться и так, что в наличии были обе эти причины. Тогда, конечно, лоббирование в том или ином объеме опять имеет место.

Какая ситуация имела место фактически — из письма неясно. Но, исходя из того, что в нем нет никаких ссылок и даже намеков на наличие первой причины, нам следует отдать предпочтение второй из них, и считать, что именно она послужила основанием для выбора «XYZ». Это означает, что упрек метал­лургической компании в лоббировании ею интересов этой организации, скорее всего, не обоснован. Это — ответ на первый вопрос.

Интересно заметить, что так это или не так, для авторов письма, скорее всего, это и не особенно важно. Представляется, что гораздо существеннее для них по­лучить ответ на второй вопрос — насколько они правы, заявляя об ущемлении прав предприятий-поставщиков.

К сожалению, согласиться с тем, что металлурги­ческая компания, предлагая своим поставщикам пройти квалификацию и для этого заключить договор с «XYZ», ущемляет при этом их права, нет никаких оснований.

В условиях рынка действуют договорные отношения. А при них у поставщика, как у второй стороны любого договора, есть ПРАВО как согласиться, так и не согласиться с его условиями. При этом как с явными, так и с неявными условиями заказчика, или — как «с писаными» (в договоре), так и «с неписаными» (выражаемыми ВНЕ текста договора) условиями. И если заказчик (неважно по каким причинам) изменяет эти условия, поставщик, используя свое ПРАВО, сам решает: продолжать ему поставки на новых условиях или нет. И этого права его никто не может ни лишить, ни ограничить.

Да, в описанном случае новые условия поставки получаются экономически менее выгодными, чем предыдущие. Да, в этих условиях заказчик, заставляя нести дополнительные расходы на квалификационные аудиты, фактически снижает закупочную цену, уменьшая тем самым доходы поставщика. Это — неприятно, это — неожиданно. Тем не менее это РЫНОК! А на нем потребитель — и царь и бог! В том числе и эта металлургическая компания. У организации же поставщика есть неотъемлемое право решать: принимать этот заказ или отказаться от него.

Если аналогичные новые требования будут выставлены и другими потребителями — придется, как и в этом случае, выбирать: либо с ними соглашаться и сохранить потребителей и их заказы, либо не соглашаться и их потерять. Таковы реалии рынка. Но все равно ПРАВО принять то или иное решение никто у поставщика отнять не может.

Заключение. Отдавая из различных предположений предпочтение версии о том, что, выбирая «XYZ» в качестве исполнителя проекта «квалификации своих поставщиков», руководство металлургической компа­нии исходило не из личных интересов, а действовало объективно и в интересах своего бизнеса, следует считать тезис о лоббировании ими интересов «XYZ» без­основательным.

Если же говорить о каком-то ущемлении прав предприятий-поставщиков, то это заявление можно воспри­нимать лишь как психологическую попытку авторов письма найти тех, кому можно пожаловаться, в надежде получить в ответ сочувствие. Мало кто может сомне­ваться, что авторы письма с самого начала знали: ника­ких прав поставщиков подобные действия не нарушают.

Необходимое послесловие в двух частях.

Выше даны ответы авторам письма на ПРЯМО заданные ими вопросы. Вместе с тем, за этими вопросами, как представляется, просматривается еще один: ДОЛЖНА ли (или, в более прямолинейной форме, ОБЯЗАНА ли) эта и любая другая компания при оценке своих поставщиков учитывать наличие у них сертифицированной СМ К?

Если, как мы сделали это ранее, исходить из того, что решение компании о проведении квалификации поставщиков было обоснованным и принималось в интересах дела (в том числе для минимизации рисков, связанных с ненадежностью поставщика), то исключение из учитываемых факторов при оценке поставщика наличия или отсутствия у него сертифициро­ванной СМК представляется значительным МЕТО­ДИЧЕСКИМ упущением.

Да, компания НЕ ДОЛЖНА это учитывать с правовой точки зрения, поскольку на этот счет изначаль­но у нее нет ни перед кем никаких обязательств. И это — прямой ответ на третий, прямо сформулиро­ванный выше вопрос.

Однако ей, несомненно, СЛЕДОВАЛО БЫ это учитывать, если она действительно решила ВСЕСТО­РОННЕ проанализировать деятельность своих постав­щиков, основывая методы их оценки, в том числе, на принципах современной философии качества. Другое дело, в каком объеме ей это следует учитывать, с ка­ким «весом», как на это влияет авторитет органа, про­водившего сертификацию СМК и т. п.?

Итог: компания-заказчик при оценке своих поставщиков НЕ ОБЯЗАНА учитывать наличие у них сертифицированной СМК, но ей ЦЕЛЕСООБРАЗНО это делать. Это первое.

Второе. Мы не можем изначально адресовать ме­таллургической компании упрек в том, что она не учитывает факт сертификации своих поставщиков. Хотя бы потому, что из письма не ясно, как именно поступает данная компания с информацией о наличии у поставщика сертификата на СМК. Вполне возможно, что это обстоятельство и учитывается должным образом. Но при этом надо понимать, что если даже все это и так, это не исключает для металлургической компании возможности исследования и других характеристик своих поставщиков, применения других критериев их оценки, а также привлечения для квалификации поставщиков третьих сторон. Об этом уже говорилось в самом начале обсуждения.

Здесь же хотелось предложить читателю взглянуть на данную ситуацию совсем с другой стороны.

Так или иначе, но металлургическая компания свое слово о введении нового или, возможно, допол­нительного способа оценки своих поставщиков СКАЗАЛА. А вот авторы письма, судя по его содержанию, от высказываний своих соображений по этому вопросу напрямую металлургической компании и обсуждения с ней «нововведения» применительно к своей конкретной организации пока воздержались. И ждут ответа от РЕДАКЦИИ. А жаль!

Отказ от выяснения НАПРЯМУЮ с заказчиком его новых условий для будущих сделок — это отказ В ПРИНЦИПЕ от попытки найти консенсус, т. е. решение, которое было бы приемлемым для обеих сторон. Вступи же поставщик с металлургической компанией в контакт, вполне возможно, что в итоге переговоров последняя признала бы его «приемлемым» поставщиком и без проведения квалификационного аудита.

Тем не менее, как следует из письма, этого не произошло.

Заменить такое обсуждение никакая редакция и никакие эксперты не могут. Да и что делать заявителям, если бы, например, в ответ на свое обращение они получили бы «желаемое» и все эксперты ответили на поставленные в письме вопросы положительно? Взять в руки эти ответы, и считать на их основании возможным в ультимативной форме заявить металлургам об отказе продолжать поставки, если обсуждаемое решение в отношении их организации не будет отменено, ибо, ПО МНЕНИЮ ЭКСПЕРТОВ, это - «лоб­бирование интересов «XYZ» и ущемление прав предприятий-поставщиков»! Результат ТАКОГО демарша предсказать нетрудно: металлургическая компания будет иметь все основания отодвинуть в сторону подобные эмоции и расстаться с поставщиком просто потому, что он НЕ СОГЛАСЕН С УСЛОВИЯМИ поставки его продукции.

Нет сомнений, что для организации, направившей обсуждаемое письмо, подобные действия — самый худший вариант развития отношений с этим, надеемся, очень важным для нее заказчиком.

Итог: на заказчика бесполезно жаловаться, с ним надо ДОГОВАРИВАТЬСЯ. В том числе, заранее выясняя, каким органам по сертификации он доверяет и как учитывает факт сертификации СМ К потенциаль­ного поставщика при оценке его «приемлемости».

Не надо считать, что все заказчики изначально настроены игнорировать любые предложения своих поставщиков. Ведь, даже в условиях рынка, договор — это зафиксированное СОГЛАСИЕ сторон. И в большинстве своем заказчики отлично понимают, что сидят со своими поставщиками «в одной лодке», которая будет плыть только тогда, когда ВСЕ в ней, ДОСТИГНУВ согласия, будут грести в одну сторону.

__________________

1Строго говоря, термин «лоббирование» использован авторами письма не совсем точно. В словарях понятия «лоббизм», «лоббирование» исполь­зуются исключительно в отношении органов власти, а не хозяйствующих субъектов. Например, в Большом энциклопедическом словаре (Большой энциклопедический словарь: В 2 т. — М.: Советская энциклопедия, 1991) указано: «лобби (лоббизм) (от англ. lobby— кулуары) — система контор и агентов монополий, различных организаций при законодательных органах США, оказывающих давление на законодателей и чиновников».

В Википедии (интернет-энциклопедии) пояснено, что «лоббизм — деятельность заинтересованных лиц, способствующая принятию органами власти тех или иных решений, с использованием неформальных коммуникаций в органах власти».

Вместе с тем, мы хорошо понимаем, ЧТО авторы имеют в виду, говоря о «лоббировании» и вкладывая в него исключительно негативный смысл. Они предполагают, что металлургическая компания, используя имеющиеся в ее распоряжении рычаги («силу заказчика»), без каких-либо внятных объяснений и оснований фактически вынуждает своих поставщиков нести дополнительные расходы, поддерживая (как им кажется) совершенно ненужную для самих поставщиков деятельность некой «XYZ». Что и вызывает отрицательную реакцию, так ярко выраженную в письме.


Автор:  Качалов В.А.

Возврат к списку